< Назад

Протеин XXI века: сверчки, тараканы и личинки мух. Рынок съедобных насекомых достиг $400 млн и будет развиваться рекордными темпами

5 июня 2019
Из трех основных компонентов пищи, составляющих рацион человека, наименее дефицитными являются простые углеводы, обращает внимание исполнительный директор Ассоциации «ТП БиоТех2030» (объединяет производственные и коммерческие предприятия, НИИ, вузы, общественные и профессиональные организации, специализирующиеся на производстве инновационной продукции в области биотехнологий) Алина Осьмакова. Нехватка жиров и сложных углеводов — пищевых волокон ощущается в целом ряде стран. Однако наиболее остро стоит вопрос белкового голодания. Из 7 млрд человек, живущих сейчас на Земле, приблизительно половина страдает от недостатка пищевого белка. Общий его дефицит на планете сейчас оценивается в 10-25 млн т в год.

В настоящий момент под животноводство (как традиционный источник белка) используется около 70% всех земель сельхозназначения, а всего для скотоводства занято 30% всей суши. Треть из этих земельных ресурсов приходится на выращивание корма для самого скота. С учетом текущих темпов потребления к 2050 году вместо сегодняшних 70 млрд голов сельхозживотных, необходимых человечеству для еды, потребуется 100 млрд голов, приводит данные руководитель центра компетенций в АПК КПМГ в России и СНГ Виталий Шеремет. По его словам, производство 1 г протеина из говядины или баранины занимает больше 1 м². «Однажды нам просто может не хватить земли для производства животных в пищу», — говорит эксперт.

Нельзя игнорировать и тот факт, что производство мяса оказывает серьезное негативное влияние на окружающую среду: только от КРС выбросы CO2 составляют до 7,1 Гт (гигатонны) в год, говорит Шеремет. По данным ФАО, на сельское хозяйство приходится более 10% выбросов парниковых газов, появляющихся в результате деятельности человека. Соответственно, рост объемов производства традиционного мяса будет усугублять эту проблему.

В этой ситуации человечество вынуждено искать другие виды пищи, и прежде всего белка. В течение последних 15 лет сформировался даже отдельный термин в области альтернативных источников сырья — «необелковые продукты», NovelProteinFoods (NPFs). Они созданы на основе растительного белка и микроорганизмов, говорит Осьмакова. Уже сейчас такая продукция широко представлена на азиатском рынке в виде тофу, сейтана, соевого мяса, а также постных продуктов на основе люпина. Кроме того, существуют напитки на растительном белке — соевое, ореховое, овсяное молоко и пр. По словам Виталия Шеремета, говоря об альтернативном протеине, подразумеваются три вида продукции: культивируемое (искусственное) мясо, растительное мясо и насекомые. «Мясо в пробирке» — один из способов получения белка, соглашается Осьмакова. Например, в Нидерландах реализуется исследовательский проект, в котором стволовые клетки извлекаются из свиного эмбриона и выращиваются в мышечную массу в биореакторе. Такое мясо предлагается в первую очередь в качестве альтернативы для фарша, крокетов и т. п.

Другим вариантом источника белка являются насекомые — саранча, сверчки, гусеницы, жуки, муравьи, пчелы, осы, термиты, бабочки, мотыльки и т. д. Этот класс животных отличает высокая плодовитость и способность к массовому размножению, продолжает Осьмакова. В последнее время интерес к насекомым как источнику высокоусвояемого белка, жира с уникальными свойствами, антиоксидантов, иммуномодуляторов, сырья для получения лекарственных средств растет во всем мире. Некоторые виды могут содержаться в искусственных условиях. Это позволяет использовать их в качестве новых промышленных продуцентов, получать физиолого-биохимические и генетические характеристики конкретной культуры, контролировать процессы биоконверсии субстратов, на которых развиваются насекомые, а также оценивать качественные и количественные показатели продуктов переработки их биомассы.

В 2013 году вышло исследование ФАО «Съедобные насекомые: перспективы для продовольственной безопасности и животноводства». Из всех способов добычи белка ученые сделали ставку именно на насекомых. Авторы документа призвали людей активно использовать их в пищу. Аргументами в пользу этого выступают несколько причин. Насекомые — здоровая, питательная альтернатива основным продуктам питания, таким как курица, свинина, говядина и даже рыба, говорится в исследовании. В некоторых насекомых доля белка в общей массе достигает 80%. Богаты они и другими полезными элементами — жирами, кальцием, железом, цинком. Например, в говядине содержание железа составляет 6 мг на 100 г сухого веса, тогда как в саранче оно может достигать от 8 до 20 мг на 100 г. По словам старшего научного сотрудника лаборатории оценки безопасности биотехнологий и новых источников пищи ФИЦ питания и биотехнологии Эльвиры Садыковой, полноценность белка биомассы насекомых сопоставима с таковой белков животного происхождения (рыба, мясо, яйца и молоко). Например, личинки A. Diaperinus (мини-мучник), T. molitor (мучной хрущак) и Z. Morio (зофобас) содержат все незаменимые аминокислоты в количестве, необходимом для человека. Содержание белка в биомассе насекомых составляет по разным оценкам от 7% до 48%, в говядине — 19-26%, тилапии — 16-19%, креветках — 13%-27%, отмечает она.
Насекомые уже являются традиционной частью многих региональных и национальных рационов питания. По данным ФАО, минимум 2 млрд человек употребляют в пищу 1,9 тыс. видов насекомых. Больше всего съедобных видов обитает в Китае, Таиланде, Индии и Мексике. «Мы не говорим, что люди должны есть жуков. Мы пытаемся сказать, что насекомые являются только одним из многочисленных ресурсов, предоставляемых лесами, однако насекомых пока практически не рассматривают в качестве потенциального источника продовольствия и особенно кормов для животных», — сказала на презентации исследования директор отдела ФАО по экономической политике в области лесного хозяйства и лесным продуктам и соавтор публикации Ева Мюллер.

Экономный бизнес
По сравнению с традиционными сельхозживотными насекомые потребляют намного меньше ресурсов. Например, для производства 1 кг съедобного белка из насекомого требуется в 500 раз меньше воды, чем для выращивания 1 кг говяжьего белка, рассказывает Эльвира Садыкова из ФИЦ питания и биотехнологии. Также насекомые, пропагандируемые в качестве пищи, выделяют значительно меньше парниковых газов, чем большинство животных (метан, например, производится только несколькими группами насекомых, например термитами и тараканами) — в среднем примерно в 613 раз. Выбросы аммиака, связанные с выращиванием насекомых, также намного ниже, чем те, что связаны с производством обычного скота, например свиней. Поскольку насекомые холоднокровны, они очень эффективны при преобразовании корма в белок: сверчкам, например, нужно в 12 раз меньше корма, чем КРС, в четыре раза меньше, чем овцам, и в два раза меньше, чем свиньям и цыплятам-бройлерам для производства такого же количества белка. Сбор/выращивание насекомых — это низкотехнологичный вариант инвестиций с низким капиталом, который обеспечивает доступ к белку даже беднейшим слоям общества.

Емкость рынка

В прошлом году ФАО оценивала емкость рынка съедобных насекомых в $400 млн. Руководитель Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко ссылается на данные организации International Platform of Insects for Food and Feed (IPIFF), из которых следует, что в 2018 году в мире было произведено 6 тыс. т насекомых для пищевого использования человеком. Даже в странах с развитой культурой потребления подобной пищи это незначительная доля в рационе, не сравнимая с сотнями миллионов тонн зерна, мяса и прочих традиционных продуктов, признает эксперт. Безусловными лидерами по числу употребляемых видов являются Таиланд, Лаос, Индонезия, Китай, Вьетнам, Мексика, Бразилия, Австралия. Но даже в США, Аргентине и ряде стран Западной Европы есть традиции употреблять насекомых в пищу, знает Снитко. Не едят насекомых (исключая случайное попадание в пищу людей) в Северной и Восточной Европе, России и странах бывшего СССР, некоторых странах Ближнего Востока. При этом эксперт напоминает, что большинство религий запрещают употребление насекомых, включая ислам, христианство и иудаизм.

Между тем ФАО прогнозирует рост рынка съедобных насекомых до $1,2 млрд к 2023 году. Наибольшая прибавка ожидается не за счет Азиатско-Тихоокеанского региона (где употребление в пищу насекомых является привычным делом), а как раз за счет Европы и Латинской Америки: буквально за пять лет они покажут почти трехкратный рост — со $170 млн до $500 млн. Да и Северная Америка вырастет более чем в три раза — до $154 млн. На традиционных потребителей — страны АТР — будет приходиться менее половины емкости рынка, $477 млн.

К основным игрокам рынка продуктов из биомассы насекомых относятся Entomotech (Испания), Meertens (Нидерланды), Agriprotein (Великобритания-ЮАР), Ynsect (Франция), Proteinsect (Нидерланды), Protix (Нидерланды), Enterra (Канада), Big Criket Farms (США), делится Осьмакова. В частности, испанская фирма Entomotech разрабатывает пилотный проект получения альтернативного белкового кормового продукта и жира из насекомых. Нидерландская Meertens получает до 800 кг биомассы личинок в сутки и перерабатывает ее. В ЮАР британская корпорация Agri Protein в 2014—2015 годах построила крупный завод, где на площади 8,5 тыс. м² 8,5 млрд мух ежедневно перерабатывают 250 т биоотходов в 50 т корма. В перспективе ближайших десяти лет компания собирается построить 25 подобных предприятий. Big Cricket Farms — компания, осуществляющая переработку сверчков, работает с биомассой насекомых в рамках бостонского стартапа SixFoods.

Согласно оценке ассоциации «ТП БиоТех2030», наиболее пригодными насекомыми для промышленного разведения считаются муха черная львинка, муха домашняя, саранча перелетная, саранча пустынная, сверчок домашний, сверчок двупятнистый, мучной хрущак большой, мучной хрущак бурый, зофобас и мраморный таракан. Одним из самых перспективных видов по скорости и количеству накопления биомассы, содержанию протеина и жира, показателям санитарно-эпидемиологической, экологической безопасности является черная львинка. Насекомое отличается неприхотливостью, а ее личинки — всеядностью, способностью развиваться в широких диапазонах температур (20-50 °С) и влажности (40-90%), то есть высокой технологичностью в разведении. Взрослых мух черной львинки не привлекает жилище человека, они не имеют развитого ротового аппарата, не питаются, не кусаются, не являются переносчиками болезней, не беспокоят людей в отличие от домашней мухи. Личинки этой мухи содержат около 40% протеина и около 40% жира, богаты кальцием, фосфором. Мука, полученная из них, не токсична в биопробе на лабораторных животных, не содержит условно-патогенных грибов, сальмонеллы, что подтверждается исследованиями ставропольской и белгородской межобластных ветеринарных лабораторий Россельхознадзора. Вопросами разведения мухи черная львинка для получения кормового белка уже активно занимаются в США, Канаде, Голландии, Австрии, Греции, Германии, ЮАР, Индии, Китае и других странах, знает Алина Осьмакова.
Это действительно один из самых перспективных видов для промышленного выращивания, соглашается заведующий кафедрой кормления и разведения животных, профессор МСХА имени К. А. Тимирязева Николай Буряков. По его словам, она способна перерабатывать почти любые органические отходы, включая экскременты, осадки сточных вод, боенские, пищевые и растительные отходы. В результате биоконверсии отходов протяженностью около 15 суток (время роста личинки) личинка мухи в высушенном состоянии имеет около 35-40% протеина и 30% жира, после обезжиривания содержание протеина приближается к рыбной муке и достигает 60-67%. Производственный цикл этой мухи длится около одного месяца.

Другим перспективным объектом является семейство каллифорид (Diptera, Calliphoridae), в первую очередь род Lucilia, продолжает Буряков. Мухи этого рода гораздо более эффективно перерабатывают боенские отходы и просроченную пищевую продукцию, богатую белком, чем черная львинка. У этих насекомых, например у обыкновенной зеленой падальницы, короткий цикл развития — личинка растет 3-4 дня, полный цикл выращивания занимает всего около двух недель. Питательная ценность личинок каллифорид составляет 50% сырого протеина и 30% жира после высушивания и более 70% протеина после отжима жира. Короткий цикл развития и высочайшая питательность личинок являются основными преимуществами этих мух. Недостатками является их инвазивность и способность разносить патогены. Впрочем, эти минусы могут нивелироваться соблюдением правил биобезопасности производства и содержанием обособленной от внешнего мира популяции, добавляет ученый.

Пока не для человека

В России речь об употреблении насекомых в пищу человеком пока не идет. Существующие в стране немногочисленные проекты по выращиванию насекомых специализируются на переработке последними отходов животноводства и выпуске на основе биомассы насекомых кормов для животных.
«Энтопротэк» (Москва, среди учредителей — совладельцы группы «Дамате» Наум Бабаев и Рашид Хайров) выращивает черную львинку и специализируется на переработке отходов сельского хозяйства в кормовые добавки для животных. Компания была создана в 2015 году. В 2017-м появилось первое опытно-промышленное производство, а в конце 2018-го запущена вторая очередь предприятия, рассказывает технический директор «Энтопротэка» Игорь Абалакин. «Сейчас суточное производство составляет около 700 кг концентрированной муки с содержанием протеина до 62%, — говорит он. — Живых насекомых на получение такого объема муки требуется в четыре раза больше». Мука пользуется большим спросом у животноводческих предприятий. Также компания реализует цельные сухие личинки черной львинки: кому-то продукция нужна в таком виде (например, для московского зоопарка), а кто-то сам их перерабатывает для различных нужд.
По мнению Абалакина, объемы производства энтомологического протеина для кормления животных будут стремительно расти. Уже сейчас по крайней мере московский рынок предлагает на корм и сверчков, и хрущака, и саранчу. «В кормопроизводстве важно приблизить рацион к естественному, а насекомые в природе составляют существенную часть питания и для рыбы, и для птицы, — рассуждает он. — Поэтому такой белок легче усваивается и содержит более желательный аминокислотный профиль для птицы и рыбы».

Теоретически продукция «Энтопротэка» пригодна и для человека. Другое дело, что в данный момент такого рынка в России нет. «Нам звонят много желающих покормить своих животных — и продуктивных, и непродуктивных, и экзотических, и любых других. Но ни одного звонка с идеей что-то приготовить из насекомых для людей пока не поступало», — подчеркивает Абалакин. Тем не менее для человека практически все насекомые пригодны в пищу. Вопрос заключается в масштабировании и культуре. «Мы же едим курицу, но не орлов», — сравнивает он. Кроме того, нет ясности, выгодно ли такой бизнес развивать с экономической точки зрения. Например, за промышленное производство саранчи инвесторы брались не раз, но выращивать ее сложнее, чем мух, — она должна питаться особым сочным рационом. Тяжело производить и сверчков — цикл выращивания у них доходит до трех месяцев.

Директор по развитию и продвижению продукта компании «Зоопротеин» (Липецкая область) Алексей Истомин соглашается с Абалакиным. По его словам, технически разница между изготовлением корма для животных и людей небольшая. Но пока для употребления человеком в пищу продукции из насекомых нет документальной базы, которая регламентировала бы продажу подобного белка. «Я не могу прийти в магазин, поставить коробочку с насекомыми и начать их продавать или открыть поставки в рестораны», — говорит он. «Зоопротеин» занимается переработкой отходов животноводческих предприятий в кормовой белок и удобрения зеленой мясной мухой Lucilia Caesar (обыкновенная зеленая падальница). Предприятие существует с 2016 года. Сначала оно специализировалось на выращивании рыболовного опарыша, а потом, поняв перспективность направления производства кормового белка, переключилось на муху. В месяц компания способна производить до 500 кг кормового белка. Продукция пользуется большим спросом у птицефабрик, животноводческих и рыбоводческих предприятий, утверждает Истомин.

Для компании «ИнАгроБио» (Ярославская область), которая специализируется на аквакультуре, производство домашней мухи (Musca domestica) является скорее вспомогательным — таким образом предприятие обеспечивает своего малька кормами, рассказывает гендиректор предприятия Сергей Шинкарев. Выращиванием насекомых предприятие, хоть и с перерывами, занимается с 2002 года. «Сейчас у нас пилотная установка, производим небольшое количество малька. Но к концу года планируем запустить мощности на 100 т живой рыбы в месяц, — делится топ-менеджер. — Весь малек будет выращиваться на живых кормах, для этого нам потребуется 450 кг биомассы насекомых в сутки». Переработку личинки мухи предприятие ведет особым способом. Если большинство коллег по рынку сначала сушит биомассу высокими температурами до остаточной влажности (что убивает некоторые полезные элементы), а затем перемалывает ее в муку, то «ИнАгроБио» перерабатывает личинок без сушки: сначала из биомассы выделяются необходимые биологически активные вещества, оставшаяся масса уже сушится и идет на корм рыбам. «В этой эмульсии содержится очень небольшое количество жирорастворимых витаминов и жировой фракции и достаточно большой объем водорастворимой части, которая представляет собой белки, другие биологические активные вещества, — поясняет Шинкарев. — При таком питании рыба меньше подвержена различным инфекционным заболеваниям, а масса малька через шесть недель кормления насекомыми существенно больше, чем при выращивании на сухих кормах».

Архангельский «НордТехСад» сделал ставку на черную львинку. Этот вид мухи сохранил уникальный синтез как белка, так и жира в том виде, в каком он был 4 млрд лет назад. Это позволяет существенно повышать иммунитет животных и людей. Компания имеет патент на технологию выращивания этой мухи в инсектариях для кладок, сообщает гендиректор предприятия Геннадий Иванов. «На 3D-принтере мы печатаем соты, подобные пчелиным, возможность уединения в таких „домиках“ позволяет мухам чаще откладывать яйца с большей продуктивностью», — поясняет он. Кормит своих мух предприниматель не отходами, а отборным зерном, именно это позволяет получать «хорошую биохимию». Всего «НордТехСад» производит до 5 т биомассы в месяц.

Переработку черной львинки компания ведет на совместном с агрохолдингом «Белозорие» (специализируется на племенном КРС) предприятии, изготавливая в месяц около 1,5 т протеиновой добавки для молодняка КРС. По словам Иванова, именно она позволяет увеличивать привес (дополнительно до 200 г на голову) и укреплять иммунитет телят. Кроме того, в отличие от рыбной муки, которая в составе корма составляет до 40%, десятой доли процента добавки из мухи достаточно, чтобы был эффект.

Также Иванов сосредоточен на исследовательской работе, для проведения научных изысканий была учреждена отдельная компания — «Биолаборатория», ставшая резидентом «Сколкова». «Мы провели стационарные, производственные опыты по экспериментальному внедрению кормовой добавки из черной львинки в рацион сельхозживотных на агропредприятиях, начали работу по завершающему этапу регистрации кормовой муки из насекомого, в конце марта получили патент на способ кормления сельхозживотных личинкой мухи черная львинка совместно с Федеральным центром по животноводству», — перечисляет Иванов. Он рассчитывает, что вся работа по получению разрешительной документации будет завершена до конца 2019 года. Это даст возможность сотрудничать с российскими агрохолдингами и кратно увеличить объем производства продукции «НордТехСада».

Сейчас компания активно сотрудничает с западными производителями кормовых добавок. Так, в Литве при поддержке «НордТехСада» ведется строительство биозавода по выпуску из биомассы личинки черной львинки продукции, законодательно разрешенной в Евросоюзе. Ведутся переговоры и с другими компаниями.

Хлеб, батончики, функциональное питание

В числе научных разработок Геннадия Иванова — создание на основе биомассы мух пищевых добавок и лекарств для человека. Биомасса насекомых может быть использована, например, при изготовлении хлеба. Его стоимость при этом повысится примерно на 6 руб., утверждает ученый, зато улучшится работа кишечника, а хлеб не будет портиться до 10 суток. Если же липидную (жировую) часть личинки суметь разделить на фракции, то можно с большой вероятностью получить замену подсолнечному и сливочному маслу. «При использовании таких продуктов в пищу риски заболевания атеросклерозом, болезнью Альцгеймера снижаются как минимум на 10%», — уверен Иванов. Кроме того, он видит потенциал в использовании личинки черной львинки для увеличения срока годности продукции. Также в ней содержится аминокислота аргинин, которую человек получает обычно с молоком матери при грудном вскармливании. Такое же соединение разработано для детского питания из кедрового ореха. Но если сравнивать кедровый орех с личинкой мухи, то в последней этого соединения в семь раз больше. Таким образом, черная львинка подойдет и для изготовления питания для детей.
Если Геннадий Иванов только планирует выпуск пищевой продукции из насекомых, Сергей Шинкарев утверждает, что его компания уже является поставщиком сырья (до 200 кг ежемесячно) для партнерских российских предприятий, которые производят функциональное и специализированное питание. В основном это суспензии, хлебцы, батончики, которые продаются как на российском, так и на азиатском рынках. «Мы проводили исследования, показавшие отсутствие токсичности этого продукта, бактериального поражения, в нем нет никаких болезнетворных микробов, и при этом он обладает определенными функциональными особенностями», — уверяет Шинкарев.

Покорить своей продукцией московский рынок намерен и белорусский предприниматель Сергей Макаров. Его «ОНТО-Биотехнологии» (Московская область) перерабатывают около 4 т сверчка в месяц (сырье поставляется из подразделения компании, занимающегося непосредственно выращиванием в Белоруссии). Раньше предприятие работало и с другими видами насекомых — тараканами, мучным червем, зофобасом. Но сейчас сосредоточилось на сверчках, поскольку документация подготовлена именно на них. Компания производит в основном консервированного сверчка для корма животным (рептилиям, грызунам, пресноводным черепахам, насекомоядным млекопитающим). Часть его перерабатывается в муку. В ближайшее время «ОНТО-Биотехнологии» планируют начать выпуск продуктов питания (протеиновых батончиков, чипсов и хлебцев) с добавлением энтомопротеина. «Сейчас ведем доработку рецептур и готовим маркетинг», — поясняет Макаров.
Биомасса личинок мух может использоваться как сырье для производства функциональных белковых продуктов для питания человека, подтверждает Алина Осьмакова. Как правило, речь идет о добавлении муки из насекомых (которая на 70% состоит из белка) к стандартным ингредиентам для производства чипсов, батончиков, печенья. В перспективе предполагается введение в состав мясного фарша или колбас части сырых или сухих личинок вместо мяса или на замену соевой муке. Биомасса личинки используется также как ценное сырье для фармацевтической, микробиологической, косметической и пищевой промышленности. «Комплексная технология переработки биомассы личинки позволяет выделять множество физиологически активных веществ — хитин, антимикробные пептиды, комплекс жирных кислот, органические формы минеральных веществ, гормоны и др., — знает Осьмакова. — Выделенные пептидные фракции из гемолимфы личинки показали высокую противовирусную и противогрибковую активность, а также эффективность воздействия на моделях онкологических и диабетических заболеваний. Кроме того, биомасса личинок — это природный продукт, не имеющий и не предполагающий в своем составе антибиотиков, гормонов и т. д.».

Препятствия и риски

Никаких законодательных ограничений на употребление в пищу белка из насекомых в России не существует, разве что психологические, свойственные конкретным индивидам. Однако, судя по популярности последних гастротрендов, и эти барьеры, скорее всего, самоликвидируются со временем, уверена Осьмакова. Пищевые продукты, полученные с использованием биомассы насекомых, следует отнести к категории «пищевая продукция нового вида», считает Эльвира Садыкова. В соответствии с техрегламентом «О безопасности пищевой продукции» такие продукты подлежат государственной регистрации и внесению в единый реестр пищевой продукции нового вида. «Однако за последние семь лет наша лаборатория не проводила оценку безопасности такой продукции», — подчеркивает Садыкова.
Сами предприниматели-первопроходцы если и видят препятствия для развития сегмента производства продуктов питания, то незначительные. Макаров, в частности, полагает, что риски могут заключаться разве что в неквалифицированной команде, как и в любом другом бизнесе.
Хотя традиция употребления насекомых в пищу человеком в России отсутствует, отдельные ингредиенты, полученные из насекомых, употребляются нами в пищу давно и не считаются чем-то экзотическим, напоминает Садыкова. Так, добавка кармин (натуральный краситель, получаемый из карминовой кислоты, которую продуцируют в своем теле насекомые — представители рода Porphyrophora), разрешена и используется для выпуска пищевой продукции уже давно.
«Конечно, белок нужен как животным, так и людям, но в европейской культуре не принято есть насекомых», — отмечает Игорь Абалакин. В Европе стимулируется этот вопрос — выпускаются кулинарные книги, проводятся мастер-классы и презентации. Но культуре европейцев это все же несвойственно. «Я в активное развитие этого направления в европейских странах не верю, — говорит он. — Это может быть какой-то нишей, как рынок органической продукции, например. И да, функциональные продукты питания, полученные путем переработки биомассы насекомых, наверное, тоже когда-нибудь будут, но все-таки в очень ограниченном объеме». А вот производство энтомологического протеина для животных будут расти существенно, добавляет топ-менеджер.

Проблема развития сегмента производства продуктов питания и кормов из насекомых лежит не в области традиций и привычек, а прежде всего в области биобезопасности и регулирования этого рынка, обращает внимание Дарья Снитко. Например, достаточно ли изучен вопрос об аллергических реакциях на такую продукцию? Или не содержат ли отдельные виды насекомых токсичных для человека элементов? По словам эксперта, в наиболее «продвинутых» в этой теме странах (например, Бельгии) вопросы безопасности отдельных видов насекомых — в частности кузнечиков или личинок хруща — изучены достаточно хорошо. Там разработан специальный регламент для съедобных насекомых. И, возможно, для России было бы правильно взять эти стандарты за основу и внедрить у себя.

Но пока инвестировать в сегмент употребления в каком бы то ни было виде насекомых в пищу человеком в России крайне опрометчиво, уверена Снитко. Риски пока присутствуют и в традиции потребления, и в отсутствии какого-либо регулирования, существуют также и природные риски, поскольку в России мало какие из изученных насекомых водятся в дикой природе, и зачастую создание им искусственных условий для развития экономически неэффективно, полагает эксперт.